Кабора Басса. Часть I

В конце 1976 года командир роты «А» родезийской САС капитан Роберт Макензи обратился к командованию части с нетривиальным предложением – использовать для инфильтрации диверсантов в Мозамбик водные пути. А именно – водохранилище Кабора Басса.

Идея Макензи шла вразрез с принятой тактикой. Обычно спецназовцев выбрасывали на парашютах, либо же они добирались до места назначения на своих двоих. И в том и в другом случае были свои минусы: как «синие» (прозвище летчиков родезийских ВВС) ни исхитрялись, террористы ЗАНЛА порой засекали десантные «Дакоты» и успевали принять контрмеры. А если идти пешком в малопроходимом буше – то на себе много не утащишь.

Макензи лихорадочно искал приемлемый вариант – диверсанты появляются из ниоткуда, наносят удар и растворяются в ночи. За этим следуют другие диверсии – а противник остается в полнейшем неведении: ни откуда пришли спецназовцы, ни куда они ушли, ни где будет проведена следующая атака. В идеале, у САСовцев должна быть какая-то безопасная база, и средства передвижения – только вот где и какие?

Тогда Макензи обратил внимание на озеро Кабора Басса – одно из крупнейших водохранилищ мира, сотворенных человеком, 250 км в длину и 50 км в ширину. Кабора Басса образовалась в результате постройки гидроэлектростанции на Замбези, в мозамбикской провинции Тете в начале 1970-х годов. Чем дольше Макензи размышлял над этой возможностью, тем больше она ему нравилась. К югу от Кабора Басса располагались стратегически важные перекрестки Даке, Маге и Чиньянда – именно эти пути террористы ЗАНЛА использовали для проникновения в Родезию. К северу лежали не менее лакомые цели – базы ФРЕЛИМО. Конечно, в этом случае возникало множество проблем – но и возможности открывались поистине безграничные. Днем диверсанты могли укрываться на одном из берегов, либо же на каком-то из островов, которых на озере было в изобилии; по ночам они могли устраивать засады или минировать дороги, а после этого – возвращаться на базу, используя байдарки. При этом врагу и в голову не придет искать спецназовцев на озере – по привычке будут считать, что САСовцы десантировались с воздуха.

После того, как Макензи представил свои соображения в штаб командования, было решено, что он и возглавит диверсионную группу. Основная цель, которую начальство поставило перед бойцами – дезорганизовать передвижения на дорогах Тете-Маге-Мкумбура и постараться нанести максимальный ущерб ЗАНЛА и ФРЕЛИМО. Из роты «А» было отобрано 12 человек, почти все – закаленные в операциях ветераны. Каждый из отобранных, естественно, гордился тем, что именно ему выпала честь участвовать в совершенно новой операции, и задействовать методы, никогда ранее не практиковавшиеся. Более же всего предстоящему заданию радовался Дэйв Аркрайт, из территориального резерва САС. Для него Кабора Басса была мечтой – еще студентом он планировал написать диплом о водохранилище и пройти пешком вдоль побережья. Планам помешала война: одинокий белый родезиец на территории Мозамбика, в самом сердце неприятельской территории – верный способ влипнуть в серьезнейшие неприятности. В итоге Аркрайт расстался со своей идеей и почти забыл о ней, как неожиданно возможность прикоснуться к мечте замаячила вновь. Хотя Дэйв состоял в резерве САС, он сумел убедить Макензи включить его в основной состав группы. В его пользу говорил и тот факт, что о Кабора Басса он знал – пусть и в теории – больше чем остальные САСовцы, а также являлся превосходным картографом и неплохим инженером.

Тренировки проводились на озере Макилвэйн, неподалеку от Солсбери. Почти сразу же спецназовцы поняли, что с собой они могут взять только самое необходимое – в 2-х местной байдарке просто не было достаточно места, чтобы распихать вооружение и снаряжение. К тому же 90% всех вещей должны быть защищены от влаги – в противном случае они превращаются в бесполезный хлам. Так что штаб САС принял решение, что пополнение запасов (еда, боеприпасы, запчасти к байдаркам, снаряжение и оборудование) будет осуществляться по воздуху. Что же касается непосредственно боеприпасов и вооружения, то диверсанты намеревались по мере сил пополнять недостающее в рейдах. Также пристальное внимание во время тренировок уделялось радиосвязи – спецназовцы должны были поддерживать постоянный контакт со штаб-квартирой. В связи с этим была разработана система радиокодов, в которой каждому предмету, вплоть до последнего винтика, присваивалось свое обозначение. Это позволило бы избежать длинных сообщений.

17 января 1977 года капитан Макензи и его команда выехали из расположения, направившись к северо-восточной границе Родезии. Собственно на озеро они планировали попасть по реке Мусенгези. Как выяснилось позже, более сложного и напряженного маршрута они не смогли бы найти, даже если бы захотели. Путь до точки инфильтрации занял полный световой день – но все равно это было лучше, чем доставка с помощью вертолетов: существовал риск, что «чопперы» будут замечены помощниками террористов. Грузовики с диверсантами шли медленно, передовые дозоры постоянно проверяли дорогу – к этому моменту на трассах Родезии уже вовсю полыхала минная война. Выгрузившись на берегу реки, спецназовцы, несмотря на усталость, немедленно приступили к сборке байдарок – Макензи планировал дойти до устья реки к утру следующего дня. Одеты диверсанты были не в стандартный родезийский камуфляж, а в куртки и брюки цвета хаки, то, что, как правило, носили боевики ЗАНЛА и войска ФРЕЛИМО. Вооружение, как обычно представляло собой сборную «солянку» из АК, FN-FAL, РПД и РПГ. Кроме того, у каждого оперативника при себе был пистолет – на случай если байдарка перевернется и оружие пропадет, а диверсант окажется отрезанным от основной группы, он, тем не менее, не останется безоружным. Около 18:00 САСовцы тронулись вниз по реке.

Закаты на озерах – вещь сама по себе красивая, но, по мнению родезийцев, мало, что может сравниться с закатами именно в Родезии и более того – на озере Кабора Басса. Темно-рыжее солнце, стремительно скатывающееся в спокойные воды, тишина и покой окружающей местности – все это заставляло забыть, что в стране идет жестокая и кровопролитная война. На берегах реки, по которой плыли диверсанты, мирно дремали крокодилы, пережидая дневную жару. Байдарки двигались неслышно: при низкой осадке тяжело нагруженных лодок, последнее чего желали сидевшие в них САСовцы – это возни с рассерженными рептилиями. Внезапно крокодилы начали просыпаться – практически мгновенно они посыпались в воду, но к великому облегчению родезийцев, рептилии не стали атаковать байдарки. Крокодилы, по-видимому, были напуганы неведомыми созданиями и предпочли за лучшее переждать, пока те проплывут далее по своим делам.

Миновав крокодилов, колонна байдарок свернула за поворот реки и почти немедленно нарвалась на неприятности. В этом месте Мусенгези усиливала течение, и место изобиловало порогами, к тому же берега были усеяны деревьями, чьи сучья нависали низко над водой. Несколько байдарок напоролось на камни, получили повреждения и начали тонуть. О дальнейшем продвижении не могло быть и речи, посему спецназовцам в срочном порядке пришлось высаживаться на берег. С рассветом следующего дня они приступили к починке лодок и просушке снаряжения – к счастью практически ничего серьезного не пострадало, а повреждения у лодок были незначительны. Радиостанция также не получила никаких повреждений, и Макензи без проблем удалось связаться с Солсбери и объяснить ситуацию. К вечеру 18 января оперативники завершили необходимый ремонт и снова тронулись в путь. Увы, на пути возникло новое препятствие – одинокий гиппопотам, стоявший на берегу реки. В этом месте Мусенгези сужалась, место было ровным, без порогов и подводных камней, но к вящему сожалению, этот («вне всякого сомнения сволочной бегемот, втайне симпатизировавший террам», как позже шутил Макензи) зверь полностью «запирал» проход по реке. Животное вознамерилось ни в коем случае не пропустить нарушителей своих владений вниз – видимо, считая этот участок своим. Пристрелить бегемота САСовцы не могли (выстрел бы их выдал), убедить упрямую тварь пойти на время куда-нибудь погулять – тоже. Оставалось только одно – опять выгружаться на берег и перетаскивать байдарки и снаряжение посуху, делая крюк вокруг злобной скотины. Задача не из легких, учитывая ночное время и объем груза, но иного выхода у них не было. Бегемота материли хоть и шепотом, но от всей души.

Обогнув, наконец, вздорное животное, спецназовцы продолжили сплавляться к озеру. Побережья реки изменились – заросли тростника образовывали лабиринт, и возникла серьезная опасность, что байдарки рассредоточатся и потеряются. К тому же усилился встречный ветер – для продвижения вперед приходилось прикладывать куда больше усилий. Еще одна проблема заключалась в том, что из воды торчали полузатопленные деревья – и в темноте напороться на них было легче легкого. Последние пару километров оперативникам пришлось едва ли не продираться сквозь торчащие из воды кроны мопани. К этому времени все были вымотаны до предела. Наконец, около 3 часов утра 19 января оперативники достигли суши. Условной суши, поскольку место высадки представляло собой участок липкой заболоченной грязи – но спецназ был рад и такому.

Первое, что сделали оперативники с утра – разбили палатки, поскольку никакого естественного укрытия на месте высадки просто не было, а солнце палило нещадно даже по летним меркам. Окружающая местность привела бы в уныние даже неисправимого оптимиста – куда ни кинь взгляд, вокруг была грязь, запустение и одиночество. Побережье окружали выдававшиеся из воды деревья – наследие прежних времен, когда водохранилища еще не было. В нос шибал чудовищный запах от гниющих мопани. Правда общее неприятное впечатление от временной базы скрашивалось вечерними видами на закат – по воспоминаниям оперативников, порой им казалось, что какая-то неведомая сила их забросила в доисторические времена, когда человека еще не было, а вокруг была только первозданная природа.

После того, как база была развернута, капитан Макензи установил связь со штабом – точнее связь поддерживалась с самолетом, который в определенное время появлялся в воздушном пространстве Тете. Ответственным за связь был офицер разведотдела САС Скотти Маккормак (в ходе операции «Гатлинг» Скотти прославился тем, что захватил в качестве трофея форму советского офицера – советника террористов ЗИПРА). Макензи: «Естественно, что осознание того, что тебя не забыли, и кто-то там постоянно думает о тебе, придавало бодрости. Мы находились черт-те-где, вдали от дома, вдали от части и случись что непредвиденное – мы могли рассчитывать только на себя. У нас не было возможности немедленно эвакуироваться, у нас не было поддержки – только и оставалось, что думать, что на большой земле о нас помнят».

Первая «посылка» из дома пришла несколько дней спустя. На связь с «Дакотой» Макензи вышел за 10 минут до сброса. Пилот вел машину с выключенными огнями и спецназовцы поддерживали контакт с самолетом, ориентируясь по звуку моторов – одновременно летчик вглядывался в темноту, выискивая вспышки стробоскопических фонарей, которыми оперативники подавали сигналы. Наконец Макензи разглядел силуэт транспортника на фоне звездного неба. Неизвестно, что сыграло ключевую роль: то ли исключительное мастерство пилота, то ли тщательное наведение на цель, то ли просто удача – но контейнер приземлился в 20 метрах от ожидавших «посылки» спецназовцев. «Дакота» легла на обратный курс, а диверсанты направились за контейнером. Несмотря на то, что тот приземлился в буквальном смысле слова в двух шагах, им потребовалось добрых три четверти часа, чтобы добраться до тюка с припасами и извлечь его из валунов, между которых он застрял.

Содержимое посылки привело САСовцев в восторг – понимая, для кого они готовят, повара на базе расстарались вовсю. Цыплята, завернутые в фольгу, были еще теплыми, кроме того, в контейнере был свежий хлеб, апельсины и молоко. Островная диета диверсантов состояла из консервированных сосисок, печеных бобов, орехов и сухофруктов, и присланные вкусности внесли приятное разнообразие. По словам того же Макензи, «иногда есть своя прелесть в том, что ты служишь в спецназе».

Однако все мелкие радости перекрыл существенный минус – основной целью выброски была закладка тайника с оружием и боеприпасами. К сожалению, из-за бюрократического раздолбайства, оружие диверсантам так и не сбросили, посему Боб Макензи был вынужден внести в планы группы определенные коррективы. К тому же в «посылке» не оказалось сигарет – для курящих САСовцев это стало неприятным сюрпризом. Разобрав необходимые припасы, спецназовцы закопали парашют, а также запасные батареи к радиостанции и часть провизии – пока они были в состоянии обходиться без них.

С момента высадки группы на твердую почву прошла неделя; диверсанты вовсю готовились к проведению первой крупной операции. Вечером 26 января патруль из четырех человек под командованием флаг-сержанта Карла Лутца высадился на материке. Четверка должна была добраться до дороги Маге – Капонда и устроить там сюрприз боевикам ЗАНЛА.

Оставшиеся на озере ожидали возвращения. Небольшой островок, где располагались спецназовцы, был раскален хуже сковородки – дневная температура превышала 37 градусов, а никакого укрытия, кроме небольших брезентовых палаток не было, как не было и ветра. Пит Коул: «Мы разрешили парням в свободное время сидеть в озере. Но облегчения это не принесло – вода была не просто теплой, а, пожалуй, что и горячей. Капитан на какое-то время оставил пакет с консервированным рисом в воде – когда он за ним вернулся, рис был вполне себе готов». Припасы тем временем подходили к концу – особенно страдали курильщики, поскольку запас сигарет неумолимо сокращался. Кроме того, снабженцы видимо забыли положить запасные баллоны с газом – в результате вставал вопрос готовки. Запасов пищи хватало еще на неделю, чего нельзя было сказать про топливо. Приготовление же пищи на открытом огне исключалось – дым от костра могли засечь с берега.

На следующий день, уже после заката, диверсанты увидели, как над берегом озера взлетела зеленая ракета – это был патруль Лутца. Позже выяснилось, что у них вышло из строя радио, и сержант пошел на риск, дав о себе знать таким образом. Как потом решили Макензи и Лутц, риск был оправданным: определить, кто и где именно выпустил ракету и по какому случаю ни ФРЕЛИМО, ни ЗАНЛА вряд ли бы смогли.

Как рассказал Лутц, возвращаться с места диверсии патрулю пришлось босиком (перед выходом на задание, диверсанты сменили свои сандалии, в которых они ходили на острове, на ботинки с гладкой подошвой – такие иногда носили террористы). Однако Лутц решил не рисковать, не зная, носят ли боевики обувь (большая часть терров как правило не носила) и приказал разуться. Обратный марш был тяжелым и Лутц дал патрулю несколько часов для отдыха. В 3 утра диверсанты погрузились в свои байдарки и поплыли к островной базе, постоянно маневрируя между затопленных деревьев. На одном заболоченном островке, едва возвышавшемся над уровнем озера, они остановились для короткого привала. С деревьев свешивались бороды мха, и по замечанию американца Дика Бидермана, обстановка здорово напоминала флоридские болота. На базу патруль успел вернуться до наступления рассвета.

В 09:15 САСовцы услышали громкое эхо от взрыва – что могло означать только то, что мина, заложенная патрулем Лутца, сработала. Как выяснилось позже из радиоперехвата, на мине подорвался заместитель командующего гарнизоном ФРЕЛИМО в Мкумбуре и его сопровождающие, в том числе и политический комиссар. Капитан Макензи записал в журнал доклад сержанта, отметив время подрыва, и поздравил всех диверсантов с настоящим началом операции. Всем было приятно знать, что наконец-то пошла реальная работа.

Дни проходили в тренировках, планировании и отдыхе. Погода не менялась – солнце все так же неумолимо пекло. «Мы пытаемся читать книги, чтобы хоть как-то убить время, но по такой жаре даже этого не хочется, — писал Пит Коул. – Я пошел окунуться, но вода настолько теплая и грязная, что никакого облегчения это не принесло. Я искренне радуюсь наступлению темноты – жара немного спадает, и мы можем хотя бы нормально двигаться. Сегодня я закопал остатки моих перчаток – они полностью износились, но мои руки загрубели настолько, что перчатки мне, похоже, больше не нужны».

Через несколько дней все двенадцать бойцов отправились на очередное задание. Высадившись на материк, они оставили у байдарок двоих часовых, а сами направились на дорогу, связывавшую Маге и Даке. Даже по стандартам Мозамбика она находилась в отвратительном состоянии – спецназовцы обнаружили, что техника по ней ездит крайне редко, а люди, похоже, не ходят вообще. Макензи, Коул и Лутц, проведя предварительную разведку, пришли к выводу, что для засады место выбрано неподходящее и капитан приказал группе двигаться далее к востоку. Найдя удобную позицию, командир проинструктировал бойцов на предмет того, где кому находиться в засаде. Удостоверившись, что все спецназовцы поняли свою задачу, Макензи разрешил группе отдохнуть в тени густых кустарников рядом с дорогой – какая-никакая, но тень, а люди, несмотря на закалку, все же устали. В ожидании врага САСовцы провели девять часов (часовые сменялись каждые два часа) – наконец один из дозорных дал знать о появлении цели. Бойцы немедленно заняли заранее обговоренные позиции рядом с дорогой и стали поджидать транспорт – шум мотора был уже явно слышен. Наконец показался довольно новый Лендровер – двигался он медленно, во-первых, по причине того, что был нагружен, а во-вторых, по такой дороге иначе ехать было невозможно.

Первыми огонь открыли Макензи и Коул. Их винтовки были оснащены оптическими прицелами «Трилюкс», но на таком близком расстоянии – Лендровер практически поравнялся с ними – они вряд ли бы промахнулись и без них. Макензи убил водителя, а Коул снял пассажира, сидевшего рядом. Спустя мгновение к командирам присоединились и остальные. Лендровер занесло и грузовик, не сбавляя хода, съехал с дороги, упершись в густой кустарник. У тех, кто в нем находился, не было никаких шансов выжить – стрельба длилась какие-то секунды, но для десятка стволов этого хватило с избытком. Удостоверившись, что все пассажиры либо мертвы, либо скоро перейдут в это состояние, спецназовцы приступили к осмотру. Всего было уничтожено десять человек – трое в кабине и семь в кузове. На двоих убитых была форменная одежда ФРЕЛИМО, еще двое носили брюки и ботинки «Фредов», остальные же были одеты кто во что горазд. Документов при убитых оказалось крайне мало, хотя позже, уже на базе, внимательно изучив захваченные бумаги Макензи пришел к выводу, что один из погибших точно принадлежал к ЗАНЛА. В кузове также находилось некоторое количество боеприпасов, тюк с формой ФРЕЛИМО, сигареты и снаряжение. Все указывало на то, что это был транспортный грузовик, перевозивший припасы для одного из гарнизонов. САСовцы обыскали трупы, пополнили расстрелянные патроны для РПД (из тех, что обнаружили в грузовике) и приготовились к отходу. Тем временем Макензи и Коул готовили машину к уничтожению. Вообще-то поджечь машину вовсе не так легко как это показывают в кино, особенно если она работает на дизельном топливе. Но Макензи не первый год служил в диверсионных частях и знал как поступать в подобных ситуациях. Вскоре все было подготовлено, и он отдал приказ отступать. Искореженный грузовик заполыхал; тела убитых оставили лежать там же, где они находились.

САСовцы споро уходили в сторону берега, оставляя за собой четкую цепочку следов – их отход прикрывал Коул, минируя тропу. В одном месте он поставил двойную растяжку, снарядив ее так, чтобы гранаты взрывались от легкого натяжения проволоки. Метод был примитивный, однако срабатывал в 99 случаях из 100 – как показывала практика, одной растяжки хватало, чтобы настроение у преследователей резко падало, и желание двигаться дальше почему-то угасало.

Диверсанты шли до наступления темноты и с закатом устроили привал на ночь. Несмотря на опасения, никто их не преследовал – противникам и в голову не пришло что база спецназовцев находится на озере. С рассветом они продолжили путь и через некоторое время вышли к спрятанным лодкам. Все время пока основная часть группы занималась засадой, двое часовых поддерживали с ними радиосвязь, одновременно докладывая в Солсбери о ходе выполнения заданий. Остаток дня прошел в отдыхе, чистке оружия и мелком текущем ремонте одежды и снаряжения. Ближе к вечеру все погрузились в байдарки и отбыли на остров.

Карта района боевых действий

Карта района боевых действий

Капитан САС Роберт Каллен Макензи (США), руководитель операции

Капитан САС Роберт Каллен Макензи (США), руководитель операции

 

Рядовой Дэйв Аркрайт

Рядовой Дэйв Аркрайт

 

Рядовой Энди Джонстон

Рядовой Энди Джонстон

 

Перед началом операции. Крайний справа во втором ряду - капитан Роберт Макензи

Перед началом операции. Крайний справа во втором ряду — капитан Роберт Макензи

 

Закат на озере Кабора Басса

Закат на озере Кабора Басса

 

Переход на байдарках

Переход на байдарках

 

Отдых под навесом

Отдых под навесом

 

Рядовой Дик Бидерман (США) во время отдыха

Рядовой Дик Бидерман (США) во время отдыха

 

На озере

На озере

 

На озере

На озере

Сергей Карамаев a.k.a. Tiomkin

Оригинал статьи.

Комментарии запрещены.